КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ
В 1971-м году Eric Stewart, Lol Creme и Kevin Godle bp Manchester (UK) сформировали группу Hotlegs, которая выпустила лонгплей THINKS: SCHOOL STINKS.
С появлением в группе Graham Gouldman в 1972-м году, они переименовываются в 10cc.


Lol CREME • vocals, guitar
Kevin GODLEY • vocals, drums
Graham GOULDMAN • vocals, guitar
Eric STEWART • vocals, guitar
ДИСКОГРАФИЯ
7″
Donna / Hot Rock Sun (UK) 1972
Johnny Don’t Do It / 4% Of Something (UK) 1972
Rubber Bullets / Waterfall (UK) 1973
The Dean And I / Bee In My Bonnet (UK) 1973
The Worst Band In The World / 18 Carat Man Of Means (UK) 1974
Wall Street Shuffle / Gismo My Way (UK) 1974
Silly Love / The Sacroiliac (UK) 1974
Life Is A Minestrone / Channel Swimmer (Mercury) 1974
I’m Not In Love / Good News (Mercury) 1975
Art For Art’s Sake / Get It While You Can (Mercury) 1975
I’m Mandy, Fly Me / How Dare You (Mercury) 1976
Things We Do For Love / Hot To Tot (Mercury) 1976

LP
1. 10 C.C. (UK) 1973
2. SHEET MUSIC (UK) 1974
3. THE ORIGINAL SOUNDTRACK (Mercury) 1975
4. HOW DARE YOU (Mercury) 1976

ПЛЕЙЛИСТ СИНГЛОВ, не вошедших в альбомы
10cc (1972-1976)
10СС (1973)
10cc
LP #1
10СС
1973.08
(UK) UK
10cc / TEN CC (UK) 1973
10cc / TEN CC (UK) 1973

1974 / SHEET MUSIC
10cc
LP #2
SHEET MUSIC
1974.06
(UK) UK
10cc / SHEET MUSIC (UK) 1974
10cc / SHEET MUSIC (UK) 1974

1975 / THE ORIGINAL SOUNDTRACK
10cc
LP #3
THE ORIGINAL SOUNDTRACK
1975.03
(Mercury) UK
10cc / THE ORIGINAL SOUNDTRACK (Mercury) 1975
10cc / THE ORIGINAL SOUNDTRACK (Mercury) 1975

1976 / HOW DARE YOU!
10cc
LP #4
HOW DARE YOU!
1976.01
(Mercury) UK
10cc / HOW DARE YOU! (Mercury) 1976
10cc / HOW DARE YOU! (Mercury) 1976

ВИДЕО
Rubber Bullets

I’m Not In Love (1975)

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ФАКТЫ: история группы
01В отличие от групп из соседнего Liverpool, команды из Manchester всегда были чистыми, аккуратными, правильными, пожалуй, слегка ироничными. Манчестерский бит также всегда был славен своим мелодизмом. Трое будущих основателей 10cc учились в одной Манчестерской школе и проводили свободное время точно так же, как и многие их сверстники в то время, – играли в любительских группах. В их школе была не одна, а, по крайней мере, две группы. Одна называлась The Sabres, другая – The Whirlwinds.
За The Sabres играли Lawrence «Lol» Creme, гитара и Kevin Godley, ударные, а за The Whirlwinds – Graham Gouldman, бас. К сожалению, помещение для репетиций было только одно, что рождало серьёзную конкуренцию. В борьбе за место в школьном подвале победили The Sabres, по одной причине – The Whirlwinds пробили себе контракт и ушли репетировать в места поинтереснее, чем школа. Правда, дела у них не заладились, и единственный выпущенный ими сингл с треском провалился. Стоит заметить, что на второй стороне авторство песни принадлежит Lol Creme.

The Whirlwinds (1964)
“Look At Me”
(Norman Petty, Buddy Holly, Jerry Allison)
cover of Buddy Holly (1958)

      
“Baby Not Like You”
(Lol Creme)
      

02Graham недолго расстраивался и, переманив Kevin Godley из The Sabres, которым и так было нездорово, вместе с оставшимися The Whirlwinds сколотил новую группу – The Mockingbirds.
Первой записью, которую сделали The Mockingbirds, была песня Graham “For Your Love”. Звукозаписывающая компания отказалась выпускать сингл, сославшись на то, что песня недостаточно коммерческая. Впрочем, она всё же была выпущена, правда, другой группой с «птичьим» названием – The Yardbirds, с которыми в то время играл небезызвестный Eric Clapton. Clapton вполне оценил коммерческий потенциал этого номера, заявив, что он больше не собирается играть такую попсу, как “For Your Love”, и ушёл из группы заниматься настоящим блюзом. А песня, между прочим, стала серьёзным хитом.
Тем временем Graham Gouldman продолжал со своей командой записывать синглы, которые с пугающей периодичностью продолжали проваливаться. Однако выяснилась очень интересная особенность – песни Graham, исполненные другими музыкантами, попадали на верхние строчки британских чартов. В результате в очень скором времени Graham всё же сумел добиться общественного признания, но не как музыкант, а как автор-песенник. Его вещи исполняли те же The Yardbirds (“Heartful Of Soul”, “Still I’m Sad”), покинувший их Jeff Beck (“Tally Man”), земляки The Hollies (“Bus Stop”, “Look Thru Any Window”), Herman’s Hermits (“No Milk Today”, “East West”), Wayne Fontana And The Mindbenders (“Pamela, Pamela”) и многие другие, менее известные британские исполнители.

03Вскоре Graham Gouldman задумал ещё один проект. Он решил снова попытать счастья, перепев многие свои песни, ставшие известными в исполнении других музыкантов. Проект назывался чётко и ясно: THE GRAHAM GOULDMAN THING. Продюсировать его должен был Peter Noone из Herman’s Hermits. Однако Noone отнесся к идее менее серьёзно, нежели Gouldman – просто не появился ни на одной из сессий. Вместо него продюсированием занимался старый друг Graham – John Paul Jones, (но не тот, который прославился в Led Zeppelin), понимавший толк в этой работе. Так что вряд ли Gouldman стоило по этому поводу расстраиваться. Скорее огорчал тот факт, что плод их совместного с John Paul творчества даже не вышел в родной Англии, только в Америке, да и там раскупался из рук вон плохо.

04Ещё одним проектом Graham стала его продюсерская работа. Он начал сотрудничать с достаточно известной манчестерской группой The Mindbenders, фронтменом которой в то время был молодой человек, по имени Eric Stewart. Eric работал с командой практически с самого её рождения, когда вокалистом был ещё Wayne Fontana, а называлась она Wayne Fontana And The Mindbenders, и записал с группой все самые известные её номера, как, например, песня с гениальным названием “Um Um Um Um Um Um”, “The Game Of Love”, на котором Stewart играет великолепное соло на гитаре, позаимствованной у Jimmy Page, или уже упоминавшаяся “Pamela, Pamela”, написанная Gouldman. Как раз во времена своей бытности с группой Eric Stewart впервые столкнулся с человеком, которого звали Jonathan King. По воспоминаниям Stewart, этот начинающий менеджер мотался за ними по всей Англии и упрашивал группу позволить ему стать их менеджером. «Я сделаю вас популярнее The Beatles!» – обещал King. Музыканты посоветовали ему свалить куда подальше, что он и сделал. Но его имя еще появится в музыкальной истории – не только как имя человека, открывшего группу Genesis, но и как имя первого менеджера 10cc. Впрочем, и без помощи King Wayne Fontana удавалось попадать в чарты. Однако через некоторое время он надумал уйти из группы. При этом остальных музыкантов он решил в известность не ставить. И, в буквальном смысле этого слова, ушёл. Причём прямо в середине одного из концертов. Сходя со сцены, он обернулся и сообщил Eric Stewart: «Это всё – твое». Eric с ним спорить не стал и занял место у штурвала группы. Он воспользовался данной ему свободой и начал эксперименты с музыкой, которые не приняли старые поклонники, да и уход Fontana их тоже не обрадовал.
Как раз в это время с группой начал сотрудничать Gouldman. Однако популярность The Mindbenders падала, и уже ничто не могло изменить ситуацию. Вскоре группа распалась, и пути Stewart и Gouldman разошлись. Но ожидать пришествия своей первой супергруппы Manchester оставалось уже недолго.

05Вскоре после распада The Mindbenders Stewart вместе с бывшим роуди группы Dacotas Peter Tattersall выкупил помещение старого завода на окраине Manchester. Помещение они переоборудовали в звукозаписывающую студию.
По настоянию безнадёжного битломана Stewart студии были названы Strawberry Studios.

Одной из первых записей, сделанных на студии, стал очередной проект Graham Gouldman – странная оркестровая версия песни “Windmills Of Your Mind”.

      

Тем временем Creme и Godley окончили колледж искусств, где они изучали графику и дизайн, и решили снова попытать удачи в музыке. Они начали записывать демо и пытались пристроить их там, где возможно. Делу помог Graham Gouldman, который привёл однажды Kevin Godley на одну из своих сессий для лэйбла Marmalade, хозяином которого был небезызвестный Georgio Gomelsky. Когда Gomelsky услышал неземной вокал Godley, он сразу загорелся записать с ним материал. Он планировал из Godley и Creme сделать что-то вроде вторых Paul Simon, Arthur Garfunkel.
Работа над альбомом началась, Godley и Creme сами играли на всех инструментах, а Graham Gouldman помогал на басу. На лидгитаре играл Eric Stewart. Это была, возможно, первая запись оригинального состава будущих 10cc. К сожалению, альбому не суждено было увидеть свет. Лишь несколько песен из тех сессий выходили на разных сборниках, зачастую даже под вымышленными именами. Когда настало время делать наложения струнных, музыканты отправились в студию, где их уже должен был ожидать оркестр, однако, никого там не обнаружили. Оказалось, Giorgio Gomelsky потратил все деньги, которые были выделены на запись альбома, и смылся.

Тем не менее вкус к студийной работе у музыкантов оставался, они продолжили работать в этом направлении: Graham Gouldman – в Нью-Йорке, на продюсерскую группу Kasenatz-Katz, а Stewart, Godley и Creme двигали капиталистическое музопроизводство в родном Манчестере, на Strawberry Studios. Правда, все они трудились не на свою славу, а для разнобразных попсовых команд, многие из которых порой существовали только в виде имени. Среди последних можно отметить такие экземпляры, как Ohio Express или Freddie And The Dreamers, к тому моменту окончательно выродившиеся. Попав в жернова шоу-бизнеса, Eric, Kevin и Lol уже не могли остановиться. Частенько они сами делали полностью всю запись, которая потом выходила под абсолютно другим именем, каким-нибудь вроде Crazy Elephant или Fighter Squadron.

Crazy Elephant – “Gimme Gimme Good Lovin'” (J. Levine, R. Cordell) 1969

      
Fighter Squadron – “When He Comes” (G. Gouldman, J. Katz, J. Kasenetz) 1971
      

06На все, что было нажито непосильным трудом, Eric удалось приобрести в свою манчестерскую студию новое оборудование. В один прекрасный день он настраивал его вместе с Kevin Godley, которого попросил просто что-нибудь постучать на барабанах, чтобы отрегулировать звук. Godley принялся старательно колотить «бочку», а Creme, который в это время слонялся по студии и не знал, чем себя занять, начал что-то мычать себе под нос, заодно подстраиваясь под ритм, заданный Kevin. За три или четыре прогона, которые нужны были Eric, чтобы отладить звучание басового барабана, мычание Creme начало приобретать какие-то более определённые формы. Неожиданно в студии материализовался некий сотрудник лэйбла Philips, послушал сие безобразие и сказал: “Это хит!” Так что решено было досочинить ещё средний квадрат к этому опусу, что и было сделано общими усилиями. Запись под названием “Neanderthal Man” была выпущена в 71-м году разошлась по всему миру тиражом в 2 миллиона. Троице не оставалось ничего другого, как срочно придумать себе название – Hotlegs (по очень меткой характеристике ног секретарши, работавшей в одном с ними офисе), записать альбом – THINKS SCHOOL STICKS (очевидно, по не очень радужным школьным воспоминаниям) и отправиться в турне (на разогреве у The Moody Blues). Из-за океана им вскоре подоспело подкрепление… правильно, в лице Graham Gouldman.
Группу приняли достаточно хорошо, однако большого желания продолжать в том же духе и становиться поп-звёздами у них не было. Как признавал Eric Stewart, единственной целью выпуска сингла и альбома было привлечь внимание музыкальной общественности к студиям Strawberry. И это им удалось. Желающих записываться в новой манчестерской студии было немало. Среди них: Barclay James Harvest, Scaffold, Purple Gang, Mary Hopkin и многие другие. Зачастую музыкантам приходилось делать практически всю работу за того или иного исполнителя: они были продюсерами, аранжировщиками, инженерами, музыкантами, даже помогали с написанием песен. Безотказность музыкантов оборачивалась им в ущерб. С одной стороны, это давало им необходимый опыт и расширяло их музыкальный арсенал, но с другой, они чувствовали, что с не меньшим успехом эти силы могли быть брошены на создание чего-нибудь своего.

07Поворотным моментом в истории стала работа над альбомом Neil Sedaka, который достаточно неожиданно оказался хитом. Gouldman, Stewart, Godley и Creme решили попробовать, наконец, записать свой собственный сингл. Для этого был применён хитрый тактический ход – разделение на бригады: в одной комнате творили Godley и Creme, а в другой пытались родить шедевр Stewart и Gouldman. В результате у последних получилась весьма пресная лирическая баллада – “Waterfalls”, а у Godley и Cremeа нечто более странное – номер, скорее напоминавший исполнителей начала 60-х вроде Del Shannon, – “Donna”. Ещё более странным для уха стороннего слушателя была вокальная манера Lol Creme на этой записи, а именно – фальцет. Предельно экзальтированное исполнение на грани пародии на самих себя, кого-то вроде Del Shannon и вообще на всю ретромузыку, возможно, показалось самим музыкантам слишком специфическим номером, чтобы выпускать его на стороне «А» сингла, поэтому решено было продвигать номер “Waterfalls”Stewartа-Gouldmanа, a “Donna” должна была довольствоваться оборотной стороной. Первой фирмой, получившей предложение выпустить эту «сорокапятку», оказалась битловская Apple, которая предложение отвергла. И тут на пути группы снова возник безумный менеджер по имени Jonathan King. Прослушав “Donna”, он просто упал от смеха, а когда поднялся и перевёл дух, то сказал: «Это классно. Хит. Надо выпускать». King был настроен решительно, и музыканты ему доверились. Оставалась только одна загвоздка – название группы. Jonathan King и тут решил взять инициативу в свои руки и на следующий день уже предложил название: 10cc (т.е. 10 кубических сантиметров в переводе с английского). Название, как это часто бывает с гениальными открытиями (типа песни “Yesterday” или таблицы Менделеева), явилось ему во сне. Jonathan King увидел…нет, не человека на пылающем пироге, но переполненный стадион с флагами и транспарантами, скандировавший: «10 – С – С!, 10 – С – С!». King, естественно, тут же смекнул, что сон вещий, и, проснувшись, сразу позвонил по телефону и сообщил группе о том, что теперь они – 10cc. После истории с песней “Donna” музыканты решили уже ничему не удивляться и покорно согласились взять загадочное название. Что же оно означает? На протяжении всей своей истории участникам группы не один раз приходилось отвечать на этот вопрос. Ну, а поскольку с фантазией и чувством юмора у них всё было в порядке, в нашем распоряжении имеется целый арсенал трактовок, – например, очень маленький мотороллер, на котором был двигатель с таким объёмом, или героиновый передоз…Но самая частая трактовка, практически получившая статус канонической, вошедшая в энциклопедии, хрестоматии, учебники музыки и пособия по истории XX века, остаётся неизменной. 10cc, или 10 кубических сантиметров, – средний объём спермы, извергаемый во время эякуляции средней особью мужского пола. Уже задолго до 10cc было подмечено: «как вы судно назовете, так оно и поплывёт», и сингл с песней “Donna”, от группы с таким физиологическим названием, прямо-таки был извержен на вторую строчку британского чарта в августе 72-го года.
Далее коллективу ничего другого не оставалось, как приступить к работе над своим первым альбомом, который должен был выйти под свежепридуманным названием, за что они и взялись с присущим им профессионализмом. Очень интересным был подход группы к написанию песен: они сочиняли их, разделившись на пары, причём для достижения непредсказуемости и разнообразия разбивались они во всех возможных сочетаниях. После того как очередная песня была написана, каждый из музыкантов пробовал её спеть. Кому лучше всего удавалось – тому и доверяли записывать вокал. Такой подход вёл к тому, что песни получались очень интересными и непохожими друг на друга, правда, элемент индивидуальности терялся. Очевидно, что сочетание почти арт-роковой непредсказуемости, музыкальной иронии и ярких мелодий, а также очень остроумных текстов и стало тем козырем, который сразу выделил 10cc из множества других поп-рок-групп, игравших просто приятную музыку, и стал отличительной их чертой на протяжении всего времени существования коллектива в оригинальном составе. Наиболее точным словом здесь будет «остроумие», т.е. та черта, которая проявлялась и в музыке, полной непредсказуемости и оригинальных поворотов, и в текстах песен, тематика которых была весьма обширна, а порой и неожиданна.

08Первый альбом, который, как и следовало ожидать, появился просто под названием самой группы, был сработан, что называется, на полном самообеспечении. Спродюсированный всей четвёркой без посторонней помощи, записанный инженером Stewartом на собственной студии Strawberry, с каждым из участников, почти в равной мере представленым как автор и вокалист. Даже обложку альбома делали сами. Точнее – выпускники художественного колледжа Godley и Creme. Обложка представляет собой изображение названия группы в виде характерных «надутых» букв на белом фоне. Самих музыкантов на ней не видно. Альбом, вышедший летом 73-го года, впервые привлёк к группе внимание слушающей общественности. По старой английской традиции, группу сразу же сравнили с битлами. С синглами дело обстояло, правда, не так радужно. После “Donna”, высоко воспарившей в чартах, второй сингл (выдержанный в духе первого) – “Johnny Don’t Do It” – с треском провалился, что свидетельствовало о том, что над одной шуткой смеяться два раза не принято. Третьим синглом стал гораздо более сильный номер – энергичная “Rubber Bullets”, опять же с вокалом Creme, на этот раз скорее в духе The Beach Boys. Но и тут возникли проблемы: многие диск-жокеи решили, что песня про резиновые пули – об англо-ирландском конфликте (намёк на вооружение, использованное английскими солдатами), что на самом деле не имело ничего общего с действительностью. Многие ведущие отказались передавать песню в эфир. Однако настоящее искусство всегда найдёт себе дорогу, и песня всё же пробилась в чарты. Ни много ни мало – на первое место. После того как дебютный сингл групы “Donna” так резво стартовал в чартах, группе предстояло впервые появиться на телевидении, в легендарной передаче TOP OF THE POPS. Тут возникла ещё одна проблема: сценический образ группы, точнее – его отсутствие. И откуда, спрашивается, этому образу взяться у команды студийных музыкантов, которые никогда всерьёз не думали о концертных выступлениях? Тем не менее группе удалось сразить наповал Tony Blackburn, который, будучи ведущим этой передачи, уже вдоволь нагляделся и на плащи в блёстках, и туфли на платформе, и на раскрашенные парики, и грим, больше похожий на боевую раскраску индейцев племени чероки. Угадайте, что же додумались надеть на себя 10cc-сты, вызвав восторг, удивление и восхищение бывалого ведущего? Ответ прост: кроссовки, футболки и джинсы. Этот сценический образ группы, почти спонтанно пришедший на ум каждому из музыкантов, оставался неизменным до самых последних дней коллектива. Во времена Glam-рокового бума такой выбор кажется странным, но только для того, кто не общался поближе с самими музыкантами. В 74-м году в журнале New Musical Express появилось интервью с группой, в котором очень хорошо прослеживается их позиция в отношении к имиджу. «Мы пытаемся сосредоточиться на музыкальной стороне дела и таким образом, через музыку, создать имидж, – сказал тогда Lol Creme. – То, как мы смотрим на вещи, совсем не похоже на то, как мы выглядим».

Коснувшись внешнего облика музыкантов, необходимо дать некоторое представление о концертном звучании группы. Вообще, концерты были далеко не самой слабой стороной 10cc – всё же профессионализм и многолетний опыт совместной работы ощущались. Что нечасто бывает с группами формата TOP OF THE POPS, 10cc не пытались нота в ноту воспроизводить звучание альбомных записей. Порою песни, длящиеся на альбоме не более 3-4 минут, на концерте вырастали в 10-и более минутные импровизации. Концертный саунд группы отличает утяжелённое (по сравнению с альбомным) звучание гитар Eric Stewartа и Lol Creme. Их сдвоенные соло-гитарные проходы очень эффектны и непривычны для слушателей, которые до этого знали 10cc только по пластинкам. Большинство вокальных партий исполнял Lol Creme – его узнаваемая манера пения фальцетом на концертах становилась еще более экспрессивной, почти «мультяшной». На раннем этапе музыкальные критики часто отводили Creme роль фронтмена, что, в общем, противоречило внутренней философии группы, согласно которой каждый из четверых (не на словах, а на деле!) признавался равноправным участником коллектива. И каждый из участников был в равной мере представлен на концерте как вокалист. То есть торжество идей демократии (хотя бы в одной отдельно взятой группе) было налицо. Визуальная сторона концертов была сведена к минимуму: все музыканты держались на сцене достаточно статично. Яркие декорации и прочие сценические эффекты тоже практически отсутствовали. По этой причине многие зрители, не знакомые близко с группой и ожидавшие увидеть красочное шоу, частенько бывали разочарованы. Дебютный концерт 10cc состоялся в августе 73-го года, фактически год спустя после выхода первого хитового сингла. Очевидно было, что к концертным выступлениям группа готовилась долго и серьёзно. И, как оказалось, не напрасно – их первое турне по Британии привлекло большие аудитории и стало весьма успешным. Похоже, группе, наконец, удалось добиться известности.

09Итак, успех в Британии был достигнут. Оставалось только закрепить его. Группа начала запись второго альбома, который получил название SHEET MUSIC. Диск в целом сохраняет мелодически-сатирическую стилистику предыдущего альбома, однако уровень его заметно выше. Курьёзные песни, по духу скорее напоминавшие раннюю эпоху The Hotlegs, исчезли. Однако то самое остроумие музыки и текстов, которым уже успели прославиться 1Оcc, здесь налицо. Как и на предыдущем альбоме, на SHEET MUSIC нет почти ни одной «серьёзной» песни. Вообще, сатира и юмор были достаточно редким явлением в английской музыке того времени. Здесь скорее можно вспомнить американца Frank Zappa, экспериментировавшего в своём творчестве с юмором, а заодно и с границами общественной терпимости. 1Оcc в своих зубоскальствах, конечно, так далеко не заходили, но, в общем, хохмили достаточно для того, чтобы их признали «несерьёзной» группой музыкантов-юмористов. Да и сам Lol Creme говорил по этому поводу: «Мы пишем песни в парах, попробуй тут напиши что-нибудь серьёзное! Мы сразу начинаем вместе ржать над этим». Но нужно сказать несколько слов и о музыке на этом альбоме. Его открывает “Wall Street Shuffle” – одна из классических вещей группы, украшенная запоминающимся гружёным риффом. Здесь достигнуто почти идеальное сочетание звучания хард-рока с мелодикой 60-х. Вообще, весь альбом полон ярких и запоминающихся мелодий, очевидных и не очень музыкальных «крючков», которые цепляют слушателя с первого раза. По скромному мнению автора, альбом “Sheet Music” удерживает пальму первенства в дискографии 10cc по количеству таких мелодий. Чего стоит только песня часовой мины под названием “Clockwork Creep” или мелодично-забойная “Silly Love”, ставшая очередным хитом.

Есть здесь и другие замечательные музыкальные открытия. Например, в “Old Wild Men” можно слышать незатихающее, почти оркестровое гитарное звучание, напоминающее эффект от сигнала, пропущенного через какой-нибудь электронный модулятор. Что, вообще-то говоря, кажется странным – ведь в 73-м подобных модуляторов ещё не было. Звук, который можно слышать в песне “Old Wild Men” и в некоторых других, более поздних, произведениях (например “Brand New Day”, “Iceberg”, “Don’t Hung Up”), достигается применением приспособления под названием “Gismo”. О нём следует рассказать подробнее. Во-первых, это изобретение – детище самих музыкантов, точнее, Lol Creme. Для записи одной из песен группе понадобился оркестр, однако денег на такую роскошь у них не было – вот и вся история появления Gismo. Во-вторых, это изобретение сыграет в дальнейшем самую непосредственную роль в истории группы 10cc. Итак, что же такое Gismo? По словам самих музыкантов, «Gismo – это новейшее музыкальное изобретение, которое способно кардинально изменить саунд рок-групы, ведь с его помощью одна гитара сможет звучать, как целый оркестр». Насчёт того, сможет или не сможет, предоставим право решить читателю (точнее слушателю), но об устройстве расскажем. Gismo – это чисто механическое приспособление, снабжённое маленьким электродвигателем, вращающим ролики. На ролики натянута лента из прочного материала, который долго не изнашивается. Идея заключается в следующем: касаясь струн этой движущейся лентой, можно получить сколь угодно долгий звук. Нота (или аккорд) будет звучать, пока есть контакт между лентой и струнами и пока лента движется. В известной степени, подобный приём звукоизвлечения напоминает манеру игры на электрогитаре смычком, столь любимую Джимми Пейджем. (Кстати, сам Page использовал один из вариантов Gismo во вступлении к известной композиции Led Zeppelin “In The Evening”). Как же выглядит Gismo? Gismo представляет собой аккуратную коробочку размером с пачку сигарет, которая крепится на нижний порожек гитары, у основания ручки тремоло (если таковая есть). На корпусе Gismo имеется шесть кнопок (по числу струн), позволяющих переключать режим звукоизвлечения – т.е, выбирать, каких струн будет касаться движущаяся лента. Таким образом, Gismo позволял рукам музыканта оставаться свободными и применять все обычные приёмы звукоизвлечения, включая такие, как подтяжки, игру слайдом, использование тремоло и т.д. Ещё одним из преимуществ Gismo является то, что это устройство подходит к любому типу гитар. Мы ещё вернёмся к истории с Gismo, а пока отметим лишь, что на концертах этот прибамбас не давал такого эффектного звука, как на записи.

Но вернёмся к альбому SHEET MUSIC. Слушающая общественность оценила его по достоинству, и альбом взобрался на 9-ю строчку британских чартов. Следующим шагом должно было стать покорение Америки, столь необходимое для любой группы, желающей утвердить себя в статусе звезды общемирового значения. Однако “Wall Street Shuffle”, выпущенная в Штатах на сингле, прошла практически незамеченной, – не помогла даже хорошая реакция критиков и диск-жокеев. В апреле 74-го 10cc дебютировали на американской сцене. Несмотря на относительно малую их известность, концерт привлёк всеобщее внимание. В итоге – реакция зала была очень живой, группу вызвали на бис. Но, все отмечали некоторую скованность музыкантов и весьма скромное визуальное оформление концерта оно фактически отсутствовало (впрочем, как и всегда на концертах 10cc). Забегая вперёд, скажем, что 10cc, по сути, так и не удалось сделать свой «прорыв» в Штатах. И это в дальнейшем привело к потере популярности и у себя на родине.

10Группа, однако, продолжала вести захват новых территорий. И в 1975-м году они расстаются с Jonathan King и его лэйблом UK, на котором выходили все их предыдущие записи. 10cc попадают под крыло Phonogram, на лэйбл Mercury, и стоимость их контракта приближается к миллиону долларов. Весьма воодушевлённые повышением своего материального статуса, 10cc приступают к работе над новой пластинкой, которая получает название ORIGINAL SOUNDTRACK и выходит в том же 75-м году. Альбом убедительно доказал, что музыканты не желали восприниматься как авторы трёхминутных поп-песенок и искали пути развития и усложнения своей музыки. Пластинку открывает трёхчастное девятиминутное поп-произведение “Une Nuit A Paris”. Авторами этого опуса стали Creme и Godley, и характерный фальцет Creme оказался весьма кстати в этом номере, по стилю близкому к оперетте. (Похожей музыкой занималась в то время группа Queen со своим “А Night At The Opera”). Итак, 1Occ вплотную приблизились к арт-року, сохранив при этом свою мелодичность, непредсказуемость и, что не менее важно, чувство юмора. Эта запись окончательно вычеркнула команду из категории групп, исполняющих поп-музыку. Но какой бы удивительной ни казалась первая песня на диске, вторая ещё больше потрясает слушателя. Эту композицию, написанную Eric Stewart в соавторстве с Gouldmanом, принято считать не только классикой 1Оcc, но и вообще одной из популярных песен XX века.

…Жена у Eric Stewart, судя по всему, была дамой с не очень простым характером. Претензия, которую она часто ему предъявляла, распространена столь же широко, как и неграмотные статьи в музыкальной прессе. «Ты слишком редко говоришь, что любишь меня!» – жаловалась миссис Stewart своему мужу, который, очевидно, мало того что с трудом выдавливал из себя подобные признания, так ещё и постоянно опаздывал к семейному ужину, оправдываясь тем, что записывает какие-то там песни. Но, как и все настоящие музыканты, Eric Stewart был натурой творческой и на очередные претензии жены отреагировал подобающе. Нет, он не стал писать для жены новую песню с многократным припевом «I love you!». Напротив, он задумался, а можно ли написать песню – признание в любви, в которой утверждалось бы нечто совершенно противоположное – “I’m Not In Love”, и, представьте себе, написал. Мы не будем здесь приводить текст этой песни, который так же замечателен, как и её мелодия (не случайно легендарный продюсер The Beatles Georde Martin, в своё время называл её среди тех, под которыми он с удовольствием поставил бы свою подпись), а лучше расскажем о том, как создавалось «воздушное», почти неземное музыкальное сопровождение этой композиции.
Идея заключалась в следующем: вместо обычного инструментального трека создать музыкальное сопровождение из человеческих голосов, многократно наложенных друг на друга, создавая тем самым эффект воображаемого «бесконечного» хора. Здесь снова можно вспомнить группу QUEEN, использовавшую подобную идею для своей “Bohemian Rhapsody”, которая появилась в том же 75-м, но 1Оcc пришли к этому замыслу независимо, и то, что получилось в итоге у 10cc, так же принципиально отличается от “Bohemian Rhapsody”. Для начала музыканты спели каждую из нот хроматической гаммы и записали её на отдельную дорожку. Таким образом, они получили 13 дорожек, на каждой из которых голос «держит» одну и ту же ноту. Накладывая эти дорожки друг на друга в разных сочетаниях, они составили аккорды из нот. Для того чтобы аккорд мог звучать столько, сколько нужно, плёнки с аккордами закольцевали. Некоторые из колец оказались настолько большими, что тянулись от одного микшера к другому через всю операторскую комнату. Однако тут возникла другая проблема. Столь длинные петли замедлялись при воспроизведении, и звук «плыл». Чтобы обеспечить необходимое натяжение плёнок, музыканты воспользовались стойками для тарелок от барабанной установки, на которые надели дополнительные катушки для прохождения плёнки. Для более точной корректировки скорости звука пришлось всё же подкрутить лентопротяжный механизм отвёрткой. Результат был просто фантастический – качающееся и колышущееся море голосов (по словам Stewart, всего 256), в которое слушатель просто погружается с головой. К тому, что получилось, добавили басовый барабан, своим буханьем напоминавший биение человеческого сердца, акустическую гитару для ритма, а также пианино Fender Rhodes для полноты звучания. Результат многодневной работы венчал вокал Stewart.
Однако, прослушав полученную запись, музыканты не были вполне удовлетворены. Чего-то не хватало тут, в самый разгар мучительных раздумий, в студию заглянула секретарша и очаровательным шёпотом пригласила Eric Stewart к телефону. В иной группе такую секретаршу тут же уволили бы за неуважительное отношение к классикам современности и за нарушение креативного процесса работы над очередным нетленным шедевром. Однако сам Eric Stewart, как уже упоминалось, был натурой творческой, он тут же велел девушке проследовать в студию, закрыть за собой дверь и активно включиться в работу над альбомом. Она, конечно, включилась и, по велению Stewart, своим неподражаемым шёпотом наговорила в микрофон много разных слов, из которых на запись попала повторяющаяся фраза «Be quiet, big boys don’t cry». Шёпот оказался совершенно к месту, что лишний раз подтверждает старую мысль: «Плох тот шеф, который не умеет оценить талант своей секретарши». Eric Stewart действительно оценил, и когда группа за этот грандиозный хит получила по серебряному диску, он по знакомству заказал такой же для талантливой секретарши. О том, оценила ли эту запись жена Stewart, в исторических источниках не сообщается. Интересно, что поначалу группа не воспринимала эту композицию в качестве потенциального хита и относилась к нему как к занимательному студийному эксперименту. Вместо “I’m Not In Love” на сингле вышла другая песня из альбома – запоминающаяся “Life Is A Minestrone”, в Британии она заняла 7-е место. Но Mercury хотела большего. По настоянию звукозаписывающей компании сингл с “I’m Not In Love” был наконец выпущен и сразу занял верхнюю строчку британского чарта, став вторым подобным достижением группы. Более того, песня вышла на 2-е место даже в Штатах, возродив надежду на то, что Америку всё же удастся покорить. Сам альбом тоже был принят с восторгом по обе стороны океана и стал самым коммерчески (да и творчески, конечно, тоже) удачным достижением группы к тому моменту. Большинство любителей 10cc считают этот альбом лучшим.

11В том же 75-м году группа начинает записывать новый альбом. К этому моменту между двумя уже сформировавшимися командами – Creme-Godley и Stewart-Gouldman, возникает все больше разногласий по поводу дальнейшего развития музыки группы. Первые всегда тяготели к эксцентричным, экспериментальным записям, в то время как вторые были сторонниками более традиционной поп-музыки. Несмотря на эти трения, группе удалась создать первоклассный альбом, который получил название HOW DARE YOU! и вышел в начале 76-го. На альбоме нет шедевров масштаба “I’m Not In Love”, но, с другой стороны, по общему количеству интересных номеров он превосходит своего предшественника, страдающего некоторой долей «музыкального балласта». HOW DARE YOU! – очень качественный и отшлифованный альбом, содержащий все фирменные ингредиенты музыки 1Оcc, и в то же время практически лишённый слабых вещей. Каждый номер альбома по-своему интересен. Одна из самых запоминающихся вещей – “I’m Mandy Fly Me”, исполненная Stewart и содержащая максимальное количество запоминающихся мелодий в единицу времени. Следующая за ней “Iceberg” отличается почти джазовым стилем а-ля 20-е годы и кучей музыкальных приколов, характерных для раннего периода творчества группы. “I Wanna Rule The World” вообще представляет собой почти комедийный номер с Полом Cremeом в роли безумного диктатора. Для “Rock”n’Roll Lullaby”, исполненной Godley, характерны великолепная мелодия и море очарования, присущего только 10cc. Интересна также обложка диска, оформленная известной группой художников Hipgnosis. На ней изображены разные сцены с персонажами, разговаривающими по телефону. Лучше всего выглядит разворот альбома, с фотографией комнаты, переполненной людьми, которые общаются друг с другом именно таким странным способом. Сам альбом достиг 5-го места в британских чартах, лишь одну строчку не дотянув до рекорда, установленного альбомом ORIGINAL SOUNDTRACK.
Наверно, HOW DARE YOU! можно назвать самым совершенным альбомом группы, в который они вложили весь свой талант и опыт, накопленный за долгие годы работы в студии. Тем более печально осознавать, что эта работа стала последней, записанной в оригинальном составе. В ноябре 76-го Godley и Creme объявляют о своем уходе из группы. Главная их цель – усовершенствование и продвижение на рынок нового революционного инструмента, который они изобрели, – Gismo. Немногие знали тогда, что Creme и Godley фактически ушли из группы еще за 13 месяцев до своего объявления, когда договорились со Stewart и Gouldman о том, что возьмут годовой тайм-аут для того, чтобы заняться Gismo поплотнее. Godley позже вспоминал, что к моменту выхода из 10cc у них с Creme уже был заключен контракт на промышленное производство Gismo. Скорее всего, Stewart и Gouldman были в курсе этих коммерческих вопросов, но рассчитывали на то, что парочка изобретателей вернётся в условленный срок, после того как утрясёт все коммерческие вопросы. Имея на руках контракт, Creme и Godley нужно было обеспечить его коммерческую состоятельность – иными словами, «показать товар лицом». Как это можно было сделать? Конечно, записав эффектный альбом с Gismo.

Таким образом, главной задачей Creme и Godley была запись пластинки, на которой Gismo отводилась бы центральная роль, – пластинки, главной целью которой было бы продемонстрировать всю полноту возможностей их детища, по мнению авторов изобретения, в достаточной степени не раскрывшихся на альбомах 10cc. Альбом в процессе работы постепенно обретал масштабы монументального произведения, и в итоге разросся до объёма, достаточного для выпуска на трёх дисках. Однако работа затянулась, и условленные 12 месяцев, отпущенные на Gismo, истекли. Graham Gouldman и Eric Stewart, не дождавшись возвращения второй половины группы и находясь под сильным давлением как со стороны поклонников, так и со стороны звукозаписывающей компании, возвращаются в студию для работы над новым альбомом. Они извещают об этом Godley и Creme, в ответ последние публикуют в газете сообщение о своём выходе из состава 10cc. Учитывая популярность, которой к тому моменту добились 10cc, можно представить, как активно перемывалось это событие в прессе. Самым остроумным названием, которого удостоились Eric и Graham от журналистов, было – «5cc». Очень многие были настроены скептически по отношению к такому «половинному» составу группы. Неудивительно, что для двух музыкантов задача выпуска альбома, достойного старых 1Оcc, стала практически вопросом жизни и смерти. Позже Gouldman называл этот диск самым важным в их карьере.

12Итак, Gouldman и Stewart практически вдвоём приступили к работе над альбомом, взяв себе в помощь лишь барабанщика Paul Burgess, который и раньше помогал группе, выступая на концертах в качестве второго ударника. Как показывает музыкальная история, замечательные произведения могут рождаться в самых невероятных обстоятельствах, когда, казалось бы, нет никаких объективных причин или условий для их появления. Общая атмосфера скепсиса, обида на старых друзей и жёсткие временные рамки, определённые контрактом, сделали свое дело: Gouldman и Stewart пошли на принцип. Вместе они создали альбом, спасший группу от гибели и доказавший всем, что даже вдвоём они могут записывать замечательные песни. Первый сингл с альбома с композицией “The Things We Do For Love” достиг 6-й строчки в чартах, второй – “Good Morning Judge” – поднялся до 5-й строчки. Обе песни теперь принято считать классикой 1Оcc. Они регулярно включаются в сборники лучших вещей и передаются по радио. Сам альбом появился в мае 77-го года. Назывался он DECEPTIVE BENDS. Именно такая надпись была на дорожном указателе, который Gouldman увидел по дороге из London в родной Manchester. «До таких надписей могут додуматься только в Англии», – позже вспоминал он.
Обложку альбома вновь разработали Hipgnosis. На ней изображены глубоководные водолазы, вылезающие на поверхность после очередного погружения. В образе этих водолазов и были представлены Eric и Graham. В общем, всем было очевидно, что группа 10cc не утонула в водоворотах этой истории, а благополучно выплыла, и готова, чуть обсохнув, двинуться к новым свершениям. DECEPTIVE BENDS достиг 3-й строчки чартов и проторчал в списках в общей сложности 21 неделю, став самым успешным на тот момент альбомом 10cc. Однако потери не могли пройти бесследно. Очевидно, что с уходом «изобретателей» Godley и Creme, музыка группы стала более «правильной», и, как следствие, более скучной. Пропала та непредсказуемость, которая была одним из козырей 10cc. Прогрессивные элементы музыки тоже практически исчезли. Положа руку на сердце, следует сказать, что большинство вещей альбома не выдерживают сравнения с песнями, записанными в классическом составе. Последним «прости» старым 10cc стал потрясающий 10-минутный номер “Feel The Benefit”, состоящий из нескольких частей. Эта композиция закрывала альбом.

А что же «сепаратисты» Godley и Creme? После 14 месяцев кропотливой работы тройной альбом, получивший название CONSEQUENCES, наконец был готов. Как самостоятельное произведение воспринимается он достаточно тяжело – слишком много «концептуальных» треков, демонстрирующих разные возможности Gismo. Но всё же свою главную задачу – показать весь потенциал Gismo – альбом выполнил. Аудиторию, однако, интересовала музыка, а не технические возможности, и альбом практически не раскупался. До своего недавнего переиздания в ремастированном виде диск был чрезвычайной редкостью. Сегодня слушатель имеет возможность приобрести альбом и решить для себя самостоятельно, что он представляет собой настоящий прогрессив или просто демонстрацию технических возможностей. Гораздо более печальным для Creme и Godley был не коммерческий провал альбома, а коммерческий провал их детища Gismo. «Примочка» оказалось совершенно невостребованной на музыкальном рынке, и производство вскоре было свёрнуто. Сегодня о Gismo практически забыли, и всё, что напоминает о ней, – это записи 10cc, работы дуэта Godley & Creme и ещё некоторых музыкантов, использовавших ее, например, Jimmy Page или Simon Raymonde из Cocteau Twins.

0 Комментариев

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *